
hostcomando
- November 20th, 2008
История, поведанная моим товарищем.
В начале девяностых, судьба забросила меня в Термез, небольшой городишка на юге Узбекистана. Первый месяц у меня не было своего постоянного пристанища, и я проживал то в расположении войсковой части, то в гостинице. Спустя месяц в городе освободилось одно койко-место в двухкомнатной квартире, куда я благополучно и заселился. После долгого скитания, одна кровать в двухкомнатной квартире на пять жильцов, отсутствие горячей воды, холодную же подавали лишь два раза в неделю, мне показалась настоящим раем. А самое главное, я был в кругу своих друзей, с которыми пять лет проучился в одном ВУЗе и два года отслужили в Афганистане. Один из наших жильцов, был постарше нас как по возрасту, так и по званию. До распределения в Термез он проходил службу в Афганистане в 40-ой армии по линии ГРУ. Я не помню его фамилии, помню, лишь, звали его Андрей. Такой тихоня, и к тридцати годам - седой альбинос. Поскольку он был нас старше, он был освобожден от необходимой трудовой повинности, связанной с уборкой нашей холостяцкой обители, приготовлением обедов или ужинов, а также добычей воды во время её отсутствия в нехитром водопроводе. Поскольку вода подавалась лишь раз в неделю, мы заполняли все имеющиеся ёмкости из колонки, расположенной во дворе дома. Каждый день ранним утром мы централизованно на бортовых КамАЗах выезжали в учебный центр по подготовке Афганских офицеров специалистов, а вечером возвращались в свою двухкомнатную казарму. Частенько после ужина мы устраивали чемпионаты по нардам, шахматам или расписывали Пульку, а также за чашкой чая, предавались воспоминаниям о различных курьёзах армейской службы. В один из вечеров, наш не особо разговорчивый Андрей поведал афганскую байку, которая, как я думаю, уже по прошествии лет была приукрашена авторскими вымыслами рассказчиков. Но тем не менее…
Эта история имела место быть в Афганистане на одном из военных аэродромов, где базировалась ВТА 40-ой армии. Находясь на ночном дежурстве, экипаж транспортного самолёта АН-12, борясь со сном, играл в карты, а чтобы дежурство не казалось совсем унылым и скучным, каждая раздача окроплялась стопочкой водовки. После энного количества залитого в бездну алкоголя, один из членов экипажа, он же прапорщик, не выдержав борьбы с зелёным змием, просто напросто отрубился, а его товарищи, оставшиеся в более трезвом состоянии, ни чего лучшего не придумали, как решили разыграть своего уснувшего собрата.
На борту транспортного самолёта на каждого члена экипажа был предусмотрен парашют. Ребята, недолго думая, надели парашюты, запустили двигатели самолёта, посадили командира экипажа за штурвал, а парашют спящего прапорщика выбросили за борт, после чего растормошили отдыхавшего горемыку и наперебой начали ему объяснять, что их подбили, и командир приказал всем десантироваться. Не дожидаясь пока проснувшийся коллега полностью отойдёт ото сна, все как один, за исключением командира, десантировались через боковой люк. Тут следует отметить, что экипаж знал суть происходящего, и поэтому десантировался не как полагается по инструкции, нырком, а просто попрыгали вниз ногами и успешно приземлились на бетонное покрытие взлетно-посадочной полосы. Более или менее прояснив произошедшее, но ещё полностью не отрезвевший прапорщик, метнулся к иллюминатору, но за бортом темнота и не видно ни зги, лишь только рёв моторов нарушал ночную мглу… Деваться некуда, надо десантироваться, но где парашют??? Долго в пьяном угаре метался наш герой по грузовому отсеку, но парашюта, как будто и вовсе не было. Что делать? Прапор метнулся в кабину пилотов, а там командир корабля, имитируя реальную катастрофу, профессионально манипулировал штурвалом, поворачивая его то вправо, то влево, то резко вытягивая на себя.
- Товарищ командир, что случилось?
Дрожащим голосом спросил прапорщик.
-Нас подбили, приказываю всем десантироваться, а уж я, покину борт последним!
Был услышан сухой ответ командира.
Никто не знает, о чём тогда думал наш герой? Пробежав, в очередной раз по всем отсекам самолёта, и, внимательно всматриваясь во всевозможные закутки металлического монстра, на глаза ему попался увесистый кусок арматуры, после чего в голове прапорщика зародился план. Ни долго думая бедолага схватил арматурину, и кинулся в кабину пилотов, где командир корабля по-прежнему мастерски имитировал борьбу за жизнь подбитого судна. Приблизившись к командиру, он со всего размаха ударил его нехитрым приспособлением по голове, после чего снял с командира парашют и как положено, рыбкой, успешно десантировался в тёмную бездну.
На этом наш рассказчик замолкает, а мы, держась за животы, и, вытирая слёзы, укатываемся душераздирающим смехом. Это надо ж, с трёхметровой высоты рыбкой, да на бетон…
На этом история не заканчивается, а имеет своё уже грустное продолжение. Командир корабля остался жив, но после всего произошедшего, был уволен из Вооружённых Сил по состоянию здоровья, а прапорщик, имея отменное здоровье и твёрдую голову не пострадал от соприкосновения с бетонным покрытием ВПП, но с позором был выслан из Афганистана и уволен из рядов ВС с лишением ранее заслуженных наград и причитающихся льгот за выслугу и прохождение службы ДРА.